Обратная связь

ЧТО СТАЛО С ЧЕМПИОНАМИ АТЛАНТЫ-96. РАССКАЗЫВАЕТ Николай КРЮКОВ

Ровно 23 года назад, 4 июля 1996 года, завершились ХХVI летние Олимпийские игры в Атланте. Среди победителей – мужская сборная России по спортивной гимнастике, самым молодым участником которой был будущий абсолютный чемпион мира 1999 года Николай Крюков. О том, как формировалась золотая команда, и что стало с ее членами, он рассказал в интервью нашему порталу.

Напомним, что командные соревнования по спортивной гимнастике, помимо него, выиграли Алексей Немов, Евгений Подгорный, Сергей Харьков, Дмитрий Труш, Дмитрий Василенко и Алексей Воропаев.

ПОПАЛ НА ОЛИМПИАДУ ПОСЛЕ «МЕШКА ДЕНЕГ НА ДВОИХ»

— В Атланту вы поехали 17-летним. Ближе всех по возрасту к вам был Подгорный, которому незадолго до начала Игр исполнилось 19. Тем не менее, вы не были зеленым новичком: за плечами участие в чемпионате мира.

— Да, в 95-м я выступал на чемпионате мира в японском городе Сабаэ, где мы заняли командой 4-е место.

— В Японии вам было лишь 16 лет. Редкостное явление!

— Мне уже через месяц исполнялось 17. Да и не так уж мало гимнастов выступало в таком возрасте на высоком уровне. Дмитрий Билозёрчев в 16 лет стал в 1983 году четырехкратным чемпионом мира, в том числе абсолютным.

Николай Крюков после победы на чемпионате мира -99 по спортивной гимнастике в многоборье. Фото: «СЭ».

— Между тем недавно в одном интервью вы похвалили Никиту Нагорного за то, что он без задержки перешел из молодежки в главную сборную страны. Хотя во время чемпионата Европы 2015 года в Монпелье, где он выиграл золото в опорном прыжке, ему было 18.

— Это для сегодняшнего времени быстрый и безболезненный переход на взрослый уровень нехарактерен. А в Советском Союзе ситуация была другой. На место в сборной претендовали очень многие, и каждый понимал: если взяли в национальную команду, то должен рвать и метать. Так же относились к делу те, кто попали в сборную вскоре после распада Союза. Мы же получили другое воспитание. У нас были свои кумиры, за которыми мы тянулись. Пребывание в сборной искренне считали за большую честь, никто не хотел в ней просто отсидеться. Это ведь был шанс претворить в жизнь свою мечту.

— Другими словами бились за медали и грамоты?

— И за идею! Мы стремились заработать авторитет, добиться того, что тебя узнавали, чтобы со временем ты, обретя знакомства, мог бы способствовать развитию своего вида спорта в регионе. Квартиры и машины стали дарить позже. В 1996-м такого еще почти не было. Где-то в регионах что-то давали. Нам в Воронеже, допустим, не дали ничего, кроме обещаний. «Бюрократия, знаете ли, — объясняли, — отсюда разные проволочки…»

— Теперь некоторые хотят в сборной, как вы выразились, отсидеться?

— Раньше в сборной не платили зарплат. От того, что ты попал в нее, в материальном плане выигрывали в основном спортивные руководители на местах и в некоторой степени тренер. Разве что глава областного спорткомитета при содействии тренера обеспечивал какую-то ставку или, допустим, талоны на питание. А сейчас у ребят очень неплохие зарплаты. Некоторых уже это, к сожалению, полностью устраивает. Они не то, чтобы не желают двигаться вперед, но просто вполне удовлетворены своим положением и спокойно сидят на месте.

— Как же вы попали в команду, которой было суждено выиграть золото Атланты?

— Мы с Дмитрием Трушем разделили первое место на Кубке России. В газете тогда появился заголовок: «Мешок денег на двоих». Когда узнавали, какую сумму мы получили, смеялись. Даже если мелочью насыпать, мешочек получился бы небольшой.

НЕМОВ БЫЛ БЕЗУСЛОВНЫМ ЛИДЕРОМ СБОРНОЙ УЖЕ В 20 ЛЕТ

— Кто был лидером в той сборной?

— Алексей Немов, хотя он не на много старше меня. В Атланту Лёха приехал 20-летним. Сергей Харьков на пять с половиной лет старше Алексея. Притом он стал двукратным олимпийским чемпионом еще в Сеуле-88. Алексей Воропаев был в Объединенной команде, которая победила в Барселоне-92. Он 1973 года рождения, как и Труш.

Алексей Немов в Атланте-96 завоевал золото в командных соревнованиях и опорном прыжке, серебро в многоборье и бронзовые награды в вольных упражнениях, на коне и на перекладине. Фото: Getty Images.

— Разумеется, Немов был лидером в спортивном плане, поскольку выиграл в Атланте сразу шесть наград, включая две золотых. Его медальный урожай вообще самый весомый среди всех участников Олимпийских игр 1996 года. Причем, не только российских. Но можно ли было его считать «лидером раздевалки»?

— Да. Несмотря на некоторую разницу в возрасте, равнялись все равно на Алексея, который умел подать себя. На перекладине он в командном турнире вышел на помост последним, когда было уже известно, что мы выиграли золотую медаль. Тогда в каждом виде выступали шесть из семи членов команды, а зачет был по пяти лучшим. После того, как пятеро у нас выступили, не допустив срывов, было ясно, что мы первые независимо от результата Немова. Все уже радовались, а Лёха, тем не менее, взял, да и поставил красивую точку – увеличил отрыв от китайцев с 0,9 до 1,2 балла. Он, как настоящий спортсмен, не мог позволить себе расслабиться и работал ради уважения – у судей, гимнастов, тренеров, зрителей.

После показательных выступлений, во время которых он обнажал торс на коне и танцевал на вольных, его вообще прозвали в Америке Sexy Alexey. Немов стал лидером, который нужен команде. И по результатам, и по харизме именно он подходил на роль капитана. Хотя в Атланте такого понятия у нас не было. Оно появилось ближе к 2000-м годам, когда наш тренер Леонид Яковлевич Аркаев стал прямо говорить: «Ты, Алексей, как самый опытный, отвечаешь за то, что происходит внутри команды».

СКРОМНЫЕ УСЛОВИЯ ПРОЖИВАНИЯ В АТЛАНТЕ ТОЛЬКО СПЛОТИЛИ

— Отношения США с Россией в 96-м были не столь напряжены, как теперь. И все же чувствовали ли вы, что Олимпийским играм сопутствует большая политика?

— Абсолютно нет. Нас нормально принимали, мы свободно общались с соперниками. Да и сейчас никаких проблем нет, в том числе с американцами. Разговоры о политике не ведутся. И наши бывшие соотечественники не испытывают ни малейшей неприязни. «Смотрим российские телеканалы, — говорят, — и Россия все равно в сердце навсегда».

— Двукратный олимпийский чемпион 1996 года по плаванию Денис Панкратов вспоминал, что спортсмены из разных стран дружно ожесточились против американцев, которых поселили за пределами Олимпийской деревни с ее спартанскими условиями. Потому кубинцев, которые в конце Игр победили сборную США в финале бейсбольного турнира, приветствовали как героев. Припоминаете такое?

— Откровенно говоря, о том, что хозяева жили вне деревни, даже не знал. Что ж, в этом проявилось отношение американцев к Олимпийскому движению. Они привыкли, что их повсюду тянут, что постоянно покрывают: «Не видели, не знаем». Нам, впрочем, неизвестно, как они сдают тесты, но вокруг тишина, и складывается впечатление, что их не берут столь жестко в тиски, как, скажем, российских спортсменов.

Что касается условий проживания в Атланте, то нас поселили в студенческом общежитии. Жили по два человека в комнатах размером примерно в 8 квадратных метров. Две кровати, шкаф, и, если ты ставил в центр сумку, то шагнуть было некуда. Но мы не жаловались. Наоборот, больше сплотились.

— У вас была дружная команда?

— Да. Причем, действительно, мы по-настоящему сплотились уже в Атланте. Ведь на сборах готовилось больше, чем 7 человек. Были еще Евгений Жуков, Евгений Шабаев, Анатолий Куров, Юрий Готов и Адир Ионов, которые, как и Дмитрий Василенко, вышли из спортивной школы Черкесска. Наконец, на Олимпийские игры собирался Дмитрий Карбаненко, который ранее женился на француженке-журналистке и уехал во Францию.

Гражданства этой страны у него поначалу не было, и он попросил Аркаева вернуть его в российскую сборную (в 1994 году Карбаненко выиграл в ее составе серебряную медаль командного турнира на чемпионате мира в Дортмунде — Прим. Team Russia). Тренер согласился при условии, что Дмитрий будет на общих основаниях принимать участие в отборочных соревнованиях.

Аркаев даже включил Карбаненко в предварительный список олимпийской команды, тот и экипировку получил. Однако после Кубка России ситуация изменилась. Турнир, как я уже рассказывал, выиграли мы с Трушем, третьим был Василенко, а Карбаненко — только 7-м или 8-м. Между тем Аркаев заранее объявил, что железно поедут первые трое. Отказываться от своих слов он не стал и велел Карбаненко передать экипировку Василенко. Тот выполнил указание, развернулся и уехал во Францию, за сборную которой впоследствии выступал (на чемпионате Европы 1998 года в Санкт-Петербурге Карбаненко выиграл командный турнир и занял 2-е место в многоборье после россиянина Алексея Бондаренко — Прим. Team Russia).

ТОРГОВЫЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ, УЧИТЕЛЬ ФИЗКУЛЬТУРЫ, ОРГАНИЗАТОР ШОУ, ДЕПУТАТ

— За рубежом оказались и некоторые гимнасты из чемпионской команды 1996 года. Дмитрий Труш, с которым вы разделили «мешок денег», вроде бы в Америке?

— Да. Только, если раньше он работал тренером, то с некоторых пор стал представителем фирмы AAI gymnastics equipment, которая базируется в округе Джефферсон (штат Айова). Продает оснащение для гимнастических залов.

Сергей Харьков стал двукратным чемпионом еще в Сеуле-88. Выступал на соревнованиях до 43 лет. Фото: Getty Images.

— Как дела у Сергея Харькова, переехавшего в Германию?    

— Это уникальный в гимнастике человек. Тренировался и выступал на соревнованиях бундеслиги до 43 лет, так что лишь относительно недавно завершил спортивную карьеру.

Три года назад приезжал на шоу Немова.

— Что мне сделать на перекладине? — спросил.

— Серёг, ну сделай четыре «ткача» и два с винтом в соскок (перелет Ткачева и двойное сальто назад прямым телом с поворотом на 360 градусов – Прим. Team Russia) , — сказал я ему.

— Хорошо, сделаю.

— Да успокойся ты! Я пошутил, — говорю. – Негоже превзойти на перекладине Немова. Исполни что-нибудь попроще.

Харьков уехал в Германию еще в 1994 году. Время было такое. Денег нет, а у Сергея ребенок родился. Сидеть на сборах, если ничего не платят, не резон. Вот он и ответил согласием, когда пригласили в немецкий клуб. Перед Олимпийскими играми просился, как и Карбаненко, в сборную. Аркаев был не против, но предупредил: «Никаких привилегий не будет. И жить будешь не в Германии, а в России».

Сейчас работает в немецкой школе учителем физкультуры.

— Алексей Немов, понятно, на виду и со своими шоу «Легенды спорта», и со строительством «Немов-центра» в родном Тольятти, и с разными общественными нагрузками. Общаетесь?

— Конечно. В октябре Алексей будет проводить очередное спортивно-гимнастическое шоу. Уже звонил и спрашивал: «Снова выступишь?» В предыдущих шоу я участвовал, пытался что-то изобразить на брусьях и коне. А вот накладки для перекладины давным-давно на гвоздь повесил. Если я их возьму, они пополам переломятся.

— Евгений Подгорный – депутат Законодательного собрания Новосибирской области. Словом, начальник.

— И весьма успешный. Он под Новый год открыл у себя в городе гимнастический центр, какого не только в Европе, во всем мире, пожалуй, нет. В одном огромном зале и соревновательный помост, и тренировочные зоны – женская и мужская раздельно. Сразу несколько комплектов оборудования. Евгений воплотил в жизнь прекрасную идею.

Двукратный олимпийский чемпион Алексей Воропаев скончался на 34-м году жизни. Фото: Getty Images.

— Судьба Алексея Воропаева, известно, сложилась трагически. Не секрет, что он умер на 34-м году жизни из-за наркотиков.

— Тут и добавить нечего.

— Ходили слухи, что он подсадил на наркотики Евгения Шабаева, который скончался от передоза в 1998 году, и что гимнасты решительно выступили за отлучение Воропаева от сборной. 

— Мы действительно не хотели, чтобы сборную порочили. Тогда историю слишком раздули. В одной газете написали: мало того, что гимнасты злоупотребляют алкоголем, так они еще и наркотиками балуются.

 Вот про Дмитрия Василенко в последнее время информации что-то нет совсем…

— С ним плохо дело. Лет 12-15 назад у него обнаружилась редкая болезнь – синдром Шарко, при которой поражаются нервные ткани. Порядка шести лет Дмитрий находится в лежачем положении на искусственном жизнеобеспечении во французском Лилле, куда уехал в 2000 году. Он хотел принять участие в Олимпийских играх в Сиднее, считался первым запасным, но, в конце концов, Аркаев предпочел ему молодого Дмитрия Древина, которому тогда было 18. После этого Василенко уехал во Францию.

Я ведь тоже работал четыре года во Франции, в Орлеане, с 1999 по 2002 годы. Таков был способ существования.

Дмитрий Василенко страдает от тяжелой болезни и последние несколько лет находится на искусственном жизнеобеспечении. Фото: Getty Images.

БЫЛ В ШОКЕ ОТ КОКА-КОЛЫ «НА ХАЛЯВУ»

— Тем не менее, вы поехали в 2000 году на свои вторые Олимпийские игры. Вам, кстати, где больше понравилось – в Атланте или Сиднее?

— В Атланте. Наверное, потому, что там были первые олимпийские впечатление. Кока-кола «на халяву», автобусами на соревнования и тренировки развозили – я был в шоке. В Сидней же приехал уже матерым спортсменом.

В Австралии тоже неплохо все организовали. Хотя был один существенный недостаток: ковер в разминочных залах резко отличался от того, что использовался на соревнованиях. К этому тяжело адаптироваться.

— В Сидней вы приехали в звании чемпиона мира и вряд ли остались довольны бронзой в командных состязаниях?

— Тогда я был изначально недоволен, что меня не поставили в многоборье. Приехал действующим чемпионом мира и понимал, что судьи будут относиться ко мне благосклонно, что, если выступлю достойно, смогу рассчитывать на самые высокие места. Но за семь месяцев до Олимпиады я порвал ахиллово сухожилие. Четыре месяца восстанавливался, начал прыгать, но, наверное, поспешил — нога болела. Вот Аркаев и не включил меня в соревнования по многоборью. Может быть, послушал моего личного тренера и решил поберечь на будущее для сборной. Я же, между тем, сделал ставку как раз на многоборье, ради него в основном и стремился попасть на Олимпиаду. В первый день выступал в упадническом настроении и едва не подвел команду.

— Так или иначе, вы говорили, что расцениваете командную победу в Атланте-96 как свой главный успех, что для вас она важнее звания абсолютного чемпиона мира 1999 года.

— Я командный игрок, который болеет в первый очередь за общий результат, в достижении которого задействовано значительно больше людей, чем в случае любого личного успеха.