Обратная связь

Елена ИЛЬИНЫХ: «ДЛЯ УСПЕХА НА ОИ-2022 ВСЕМ НАДО МОБИЛИЗОВАТЬСЯ, КАК ПЕРЕД СОЧИ»

25 апреля олимпийская чемпионка празднует день рождения. Незадолго до своего 25-летия спортсменка в интервью Team Russia рассказала об отношениях с Сергеем Полуниным, работе с Юлией Липницкой и диетах в фигурном катании.

СЧИТАЮ СИНИЦИНУ И КАЦАЛАПОВА СИЛЬНЕЙШИМ ДУЭТОМ РОССИИ

— Когда вы наблюдали, как ваш бывший партнер Никита Кацалапов завоевывал медали чемпионата мира-2019, какие эмоции испытывали?

— Честно? Я не наблюдала. Не смотрела чемпионат мира, была на тот момент вне фигурного катания. Я об этом узнала из Инстаграма, и очень рада за Никиту и Вику Синицыну, потому что считаю, что в танцах на льду они практически единственные представители России, которые могут бороться за большие награды. Это люди, у которых сейчас есть все – красота, скольжение, программы.

— Почему не Степанова и Букин?

— Эти ребята мне тоже очень нравятся, в этом сезоне особенно. Но я как-то больше люблю именно катание. Так, как катается Никита – не катается никто, и Вика тоже прекрасно справляется с этой задачей и очень здорово выглядит. Поэтому я могу порадоваться, что у них через такой промежуток времени получилось добиться результата.

— Ревнуете Никиту к Вике?

— Нет, здесь не может быть ревности. Все свои медали я с Никитой на момент его решения о расставании завоевала. Считаю, что мы выступали достойно, и очень этим горжусь. А сейчас я считаю Синицину и Кацалапова сильнейшим дуэтом России. У меня к ним только позитивное отношение.

— Положа руку на сердце – вам не кажется, что чемпионы мира Пападакис/Сизерон, обошедшие россиян, часть баллов получают за репутацию?

— Ты не можешь просто так получать баллы за репутацию. Сначала репутацию надо заслужить. И даже если кто-то получает баллы за репутацию, значит, они заслужили это годами, постоянными результатами. Завоевали такую честь, что их потом где-то возможно поддерживают.

— Сейчас в российских танцах очень высокая конкуренция. Если вы захотите вернуться, будет непросто. Цель – Пекин-2022, получается?

— Безусловно. Я готова к непростому пути. Это будет не первый раз, я по нему уже проходила. Если я решусь на этот шаг, буду понимать, насколько это сложно, но у меня есть все возможности его пройти. Вопрос в работе, чистой голове и любви к фигурному катанию, немножко — удаче. Все это имеется. При этом, пока я не приняла решение, будет это Пекин или нет.

— У российских пар есть шансы на золото Олимпиады? Все-таки прорывы в танцах происходят редко.

— Очень сомневаюсь. Очень много было потеряно времени, не было результатов, допинг-скандалы вокруг российского спорт тоже повлияли на отношение. И все накопившееся после Сочи вряд ли скажется позитивно. Но впереди долгий путь, три года. У нас можно даже отобраться на Олимпиаду – и не понимать, будешь ли ты в ней участвовать. Например, у нас с Никитой Кацалаповым всё быстро менялось. В олимпийском сезоне мы подходили к Сочи только второй российской парой, но выиграли бронзу в личном турнире – это был максимально возможный на тот момент результат. Возможно, ребята мобилизуются. Всем нам надо верить, как перед Сочи-2014. Тогда этот посыл, эта энергетика дали результат.

ПОЛУНИН УДИВИЛСЯ, ЧТО ФИГУРИСТЫ ТАК МНОГО ЗАНИМАЮТСЯ БАЛЕТОМ

— У вас порой не хватает времени смотреть фигурное катание. Чем вы так заняты?

— Во-первых, я постоянно в перелетах. Во-вторых — я сама занимаюсь. У меня очень много своих проектов. Порой нужно посидеть и подумать, как их лучше реализовать, поговорить с людьми, которые могут тебе помочь. Тренировки с детьми занимает по 8 часов. Не бывает такого, что я сижу дома – и мне нечего делать. Но самые интересные прокаты я на Youtube все равно пересматриваю, просто порой не попадаю на прямые трансляции. Например, на юниорском чемпионате мира с удовольствием посмотрела прокаты всех наших девочек.

— Вы встречаетесь с очень популярным танцором балета Сергеем Полуниным. После знакомства вы взглянули на занятия хореографией как-то иначе?

— Он удивился, что фигуристы так много занимаются балетом. А мы действительно много времени проводим у станка – чтобы были правильные позы, четкие линии. Сергей пригласил меня на пару уроков – и сейчас они стали ежедневными. И я поняла, что это очень сложно, такого уровня в фигурном катании точно нет. Я все это переношу на работу нашей академии. Недавно у нас был сбор в Польше, я там упражнения у станка давала каждый день.

— Готовясь к интервью, мы почерпнули для себя много нового о балете. У вас после знакомства с Сергеем было так же?

— Какого-то глубокого погружения у меня не было. Хотя, когда мы готовили «Дон Кихота», я, конечно, ходила – смотрела костюмы, поддержки, движения рук. То же самое было во время подготовки «Лебединого озера». Но вообще мне очень нравится балет. А теперь, когда я вижу всю эту работу изнутри – я его даже полюбила.

— Принято считать, что фигурное катание – это такой сплав спорта и искусства. Что вы сейчас об этом думаете? Чего в нем больше – спорта или все же искусства?

— Это, действительно, сочетание. С одной стороны – это искусство, ведь тебе нужно передавать сложные образы, а с другой – спорт, где нет права на ошибку. Все-таки в балете можно недодержать позу – и объяснить: мол, так и было задумано. В фигурном катании за это сразу накажут. В искусстве все по принципу «нравится – не нравится». Вот «Черный квадрат» Малевича – одни восхищаются, другие думают: «Да я тоже так могу!» В фигурном катании все может понравиться судьям. Но, извини, не достояла в поддержке – снимем балл.

— У вас недавно был сбор в Мексике. Много пришло людей, все-таки страна южная?

— Когда я говорила, что еду в Мексику, мне отвечали – о, отдыхать, здорово. Нет, говорю, работать. То же самое было и у Юли Липницкой. Мы работали в Мексике в четырех городах, и везде приходило от 40 до 80 человек, много детей. Везде катки хорошего уровня – не просто где-то залили и натянули тент сверху, а настоящие арены. Мы, конечно, были сильно удивлены и обрадованы. К нам в лагерь приезжал Донован Карилльо – главный мексиканский фигурист, он выступал на чемпионатах мира (22-е место на ЧМ-2018, 33-е на ЧМ-2019. – Прим. Team Russia). Думаю, это количество должно в какой-то момент перейти в качество.

— Как возникла идея создать вашу с Юлией Липницкой академию?

— Мы с Юлей давно дружим, она одна из немногих моих друзей из мира фигурного катания. В какой-то момент она пригласила меня комментировать соревнования, так что мы начали и работать вместе. А потом у меня появилась идея академии, я очень хотела помогать детям. Я пришла к Юле, она меня поддержала, и пошло-поехало.

— Вы дружите, хотя кажетесь очень разными. Вы – открытая, часто появляетесь на публике, Юлия – более замкнутая.

— Я не могу назвать себя публичным человеком. Появляюсь на мероприятиях, которые мне интересны, где нужно быть. Юля тоже занимается тем, что ей интересно. Мнение, что она закрытая – неверное. Не думаю, что мы сильно отличаемся. Доходит до смешного… На последних трех сборах я заметила, что я начинаю предложение, а Юля его заканчивает. Причём, такое случилось не один-два раза, а происходит постоянно.

ИНОГДА В ФИГУРНОМ КАТАНИИ ПРОБЛЕМЫ С ВЕСОМ РЕШАЮТСЯ НЕПРАВИЛЬНО

— Многие фигуристы жалуются на хейтеров в социальных сетях…

— У меня их нет. Или я просто не замечаю. Я в целом стараюсь негативную энергию от себя убирать, а мой главный хейтер – моя мама. Я раньше никогда не рассказывала эту историю. На Олимпиаде в Сочи мы сначала выиграли золото в командных соревнованиях, а затем заняли высшую из возможных тогда для нас позицию в личном турнире – третью. Все круто! Мы стоим на сцене во время второй церемонии награждения, напротив – Олимпийский факел, внизу в первом ряду – родственники призеров. Я вижу, как мне машет рукой бабушка, а мама улыбается и вдруг внезапно меняется в лице. Я недоумеваю: что же могло так расстроить человека, чья дочь выиграла две олимпийские медали? После церемонии она ко мне подходит и говорит: «Ну как можно было поправиться за два дня на целый килограмм! Это же видно! Ты — олимпийская чемпионка, должна держать марку…»

И, с фактической стороны, мама была права. Я действительно после двух выступлений выдохнула, а на стрессе на аппетит не жалуюсь. Но, с другой стороны, я же справилась с задачей! Мама же, несмотря ни какие мои заслуги, всегда заставляла меня быть в тонусе. И до сих пор может поругать меня строже любого хейтера. А вообще, я не вижу смысла обращать внимание на мнение чужих людей, если только это не тренер, партнер, судья или кто-то из приглашенных специалистов.

— А бывает такое, что мама вас хвалит?

— Очень редко. Хотя я понимаю, что она очень любит меня и все делает только из самых лучших побуждений. Когда я чего-то добиваюсь, я чувствую, что она довольна и как бы глазами говорит: «Молодец!»

— После Олимпиады вы прислушались к маминому совету или продолжили есть?

— Прислушалась. А у меня других вариантов не бывает.

— С какими диетами вы сталкивались во время своей карьере? Вот, Евгения Медведева, например, объявила, что стала вегетарианкой.

— Все очень индивидуально. В нашем виде спорта порой практикуется очень неправильное питание. Как только у фигуристок начинаются минимальные проблемы с весом – сразу возникает страх перед взвешиванием. Приходит мысль ничего не есть вообще, спортсменки стакан воды боятся выпить. Потому что это плюс 200 граммов на взвешивании. И вместо того, чтобы решать эту проблемы правильным путем, мы ломаем себе организм.

Увы, у нас в сборной нет диетологов. Но я самостоятельно выработала для себя индивидуальную диету. Вегетарианкой я не являюсь, но Женю Медведеву в ее начинании поддерживаю. Если организм этого требует, если доходишь до этого своей головой, так и нужно поступать. Конечно, волшебной диеты не существует. В жизни вообще нет места волшебству и случайности. Невозможно просто так выиграть большие соревнования и даже просто похудеть – для всего нужен большой труд.

Перейти к верхней панели