Обратная связь

Евгений КЛИМОВ: «СТОИШЬ НА ВЕРШИНЕ И ЗНАЕШЬ – СЕЙЧАС ПОЛЕТИШЬ»

Лидер сборной России и первый в нашей истории победитель этапа Кубка мира по прыжкам с трамплина Евгений Климов рассказал Team Russia о подготовке к новому сезону, автопутешествиях в отпуске, желании прыгнуть с тарзанкой и ощущениях от полета на лыжах.

В конце ноября прошлого года Климов вошел в историю – он первым среди россиян стал победителем этапа Кубка мира. Это случилось в польской Висле, после чего Евгений еще раз попал в призовую тройку на этапе в немецком Оберстдорфе и закончил сезон 12-м в общем зачете.

Новый сезон Кубка мира начнется в той же Висле 24 ноября. И прошлогодний успех, по словам Климова, добавит ему уверенности. А с давлением, возникающим после победы, он справляться уже научился.

ЛЕТОМ ПРЫГАТЬ БЕЗОПАСНЕЕ

— Недавно завершилась серия летних стартов «Гран-при», продолжавшаяся с конца июля по начало октября. У вас — одна бронза и место в топ-10 общего зачета. Как оцените это выступление?

— Не скажу, что супер, но и не скажу, что все плохо. В целом, впечатления положительные. Начало серии мне удалось лучше. Да и вообще, если сравнить с прошлым годом, результат похуже (в 2018-м у Климова была победа в Куршевеле и еще три серебра и две бронзы на девяти стартах — прим. Team Russia). Но на то есть причины, например, в конце нынешнего розыгрыша я начал тестировать новый инвентарь. Поэтому закончил «Гран-при» не очень хорошо. Но все это рабочие моменты.

— То есть вы построили свою подготовку к сезону по-другому, и не планировали любой ценой защищать добытый в прошлом сезоне титул?

— Да, на этот «Гран-при» были несколько другие задачи, и это сыграло свою роль. В 2018-м целью было выступить как можно лучше. А сейчас упор был сделан не на высокие места, а на совершенствование, испытания чего-то нового и через это подготовка к зиме.

— Для вас как для прыгуна есть разница между прыжками на пластик летом и на снег зимой?

— Как мне кажется, ощущения те же самые. Раньше было принято считать, что те, кому летом прыгают хорошо, зимой выступают плохо. Но сейчас эта тенденция сходит на нет (улыбается) Не знаю, с чем это связать. Может, потому что летом тоже стало приличное количество стартов, и перерыв между двумя сезонами не такой длинный. И форма у спортсменов плавно переходит из лета в зиму.

— То есть отличий совсем нет?

— Летом прыгать легче и в какой-то мере безопаснее. Никаких сюпризов от погоды, все стабильно и спокойно.

ОЩУЩЕНИЯ ПЕРЕД ПРЫЖКОМ? НЕ ЗНАЮ, С ЧЕМ ИХ СРАВНИТЬ

— Расскажите, как вы настраиваетесь на прыжки?

— В день старта — прогулка. На разминке можно подольше пробежаться. Под хорошую музыку, которая нужна в этот момент. А вообще, в нашем виде спорта нужно быть хладнокровным. Поэтому если заведен, нужно поставить спокойную музыку. А если слишком спокоен, так что даже засыпаешь, что-то пободрее, какой-нибудь рок.

А что испытывает человек перед прыжком, стоя на вершине трамплина, который и сам построен на горе?

— Ты смотришь оттуда, как будто с высоты птичьего полета. И знаешь, что сейчас наденешь лыжи — и полетишь. И такое предвкушение, не знаю даже, с чем сравнить. Может, с тем, что бывает у экстремалов, которые прыгают с гор в специальном костюме-крыле. Но, думаю, это все равно разные ощущения. Прыгуны как птицы — они машут в полете крыльями, а мы стараемся удержать лыжи.

— Реально полностью привыкнуть к этим эмоциям, и прыжки на сто с лишним метров воспринимать как работу?

— Ну, у нас же спорт высших достижений. И мы собираемся на трамплине не просто чтобы получить кайф от прыжка, от полета. Конечно, нужно работать. И удовольствие, в первую очередь, приходит от хорошо выполненного прыжка. Когда нет результата, нет и удовлетворения. Хотя это же все равно был полет.

— Во сне летаете, на лыжах или без них?

— Редко, но иногда бывает. Например, накануне каких-нибудь соревнований. Не могу сказать, нравятся мне такие сны или нет. Снятся, значит, надо, пусть снятся.

ХОЧУ ПРЫГНУТЬ С 207-МЕТРОВОЙ ТАРЗАНКИ

— Широко известно, что вы пришли в прыжки из двоеборья. А какие навыки из этого вида спорта помогают и теперь, четыре года спустя?

— Из главного — выносливость и скоростно-силовая работа. Я переходил, имея большой объем выполненной работы, но и мыщцы у меня были достаточно тяжелые. Пришлось их «подсушить». Естественно, сила сначала тоже ушла, но за эти несколько лет вернулась на хороший уровень. Поэтому толкаться на трамплине я хуже не стал.

— На беговые лыжи сейчас встаете?

— Да, но редко. Хотелось бы делать это почаще.

— Сколько длится отпуск у прыгунов с трамплина?

— Около месяца. Потом мы приезжаем на первый сбор — либо в Сочи, либо в Чайковский, а в прошлом году это была база «Озеро Круглое» в Подмосковье. Хватает и дома побыть, и съездить отдохнуть.

— Для вас какой вид отдыха — идеальный?

— Вообще я в свободное время путешествую немного. Но в последние три года мне очень нравится садиться за руль и ездить по России вместе со своей девушкой. Например, на юг — в сторону Сочи, черноморского побережья. Или в Санкт-Петербург. Рекордное расстояние за один день? Тысячи полторы километров. Один раз мы проходили углубленное медобследование, а на следующий день нужно было быть уже на сборах в Чайковском. Ехали почти без остановок.

— Многие на отдыхе любят или с тарзанки прыгнуть, или с горы в зорбе скатиться, или по горной реке сплавиться. Наверное, вам после полученного за сезон адреналина такого экстрима уже не хочется?

— Ну почему не хочется? Я например, хочу попробовать в Сочи прыгнуть с банджи в «Скайпарке» (высота 207 метров — прим. Team Russia), когда еще раз окажусь в тех краях. Сравнить ощущения, никогда с тарзанкой не прыгал. С какого-нибудь моста, например, мне было бы неинтересно. А здесь — на природе, виды очень красивые.

— А с парашютом, например?

— Если честно, пока не очень тянет. Сначала с банджи прыгну, потом посмотрим.

ДВЕ ОЛИМПИАДЫ В ПЛАНАХ, ТРЕТЬЯ — ПОСМОТРИМ

— Вам всего 25 лет, но вы выступаете на высоком уровне уже почти десятилетие. А на какой срок вперед расписаны ваши планы?

— Четкие планы разработаны до ближайшей Олимпиады в Пекине. До нее осталось два с половиной года. А до итальянской — больше шести, и трудно предположить, что за такое время будет с формой, с результатами. Поэтому прицел у всей нашей команды — на Игры-2022. А дальше будем ставить новые задачи.

— А до какого возраста готовы соревноваться? Согласны стать российским Нориаки Касаи, который в 42 года выиграл олимпийские медали в Сочи и до сих пор выходит на старт?

— Об этом, наверное, думать еще рано. Но мне хотелось бы еще на двух Олимпиадах выступить. Насчет третьей в 2030 году пока ничего не могу сказать. Если все хорошо пойдет, почему бы и нет?

— Кстати, а кто из прыгунов был вашим кумиром в юности?

— Когда я еще был двоеборцем, мне нравились два прыжки двух спортсменов — Грегора Шлиренцауэра и Адама Малыша. Они отличались от всех и стабильностью, и техникой. Старался быть похожим на них.

— А когда мальчишкой впервые увидели трамплины, какие мысли были?

— «О, круто! Скоро будем прыгать». (смеется) Но с самого маленького, 15-метрового, мы начали выполнять первые прыжки только под конец второго года занятий. До этого только катались на горных лыжах и прыгали с кочек.

ПОБЕДА В ПОЛЬШЕ ГОД НАЗАД ПРИДАСТ УВЕРЕННОСТИ

— В нынешнем сезоне нет ни чемпионата мира, ни Олимпийских игр. Некоторые спортсмены в такие годы стараются экспериментировать, порой в ущерб спортивным результатам. Какой план у вас?

— Как и в прошлом году — стараться прыгать на свой максимум. На каждом старте улетать как можно дальше. Подбираться к топам, набирать опыт и знания с прицелом на будущее.

— Прошлый Кубок мира начался для вас с исторической для всего российского спорта победы в Висле. Нынешний начнется там же — с какими чувствами выйдете на польский трамплин почти ровно год спустя?

— Вот это очень важный момент. И он очень поможет мне в нынешнем первом зимнем старте. Пока я готов не на 100 процентов, но у нас еще предстоят сборы, будут прыжки, мы продолжаем тестировать инвентарь. Картинка еще целиком не сложилась. Но я ничего не забыл, это все со мной. И будет придавать мне уверенности. Настрой у меня положительный, думаю, все будет хорошо.

— Тем более, что в Висле вы и нынешним летом попали в призы — место, похоже, для вас счастливое. А есть любимые трамплины в туре?

— Мне нравятся трамплины в Чайковском, в Планице, Висле. Хороших много, но не скажу, что есть любимые. Если бы надо было выбирать одно место, выбрал бы Чайковский. Мне там очень нравится. А таких трамплинов, где бы я прыгал всегда хорошо, нет (смеется). Просто если ты можешь хорошо прыгать, то можешь всегда, от места это не зависит.

— Глава национальной федерации Дмитрий Дубровский сказал, что после победы вам пришлось, грубо говоря, «поправить голову». Была эйфория от успеха?

— Эйфории не было. Напряжение — было. Дополнительный груз ответственности, и у меня, и у тренеров. Понимание, что скоро следующие старты, и там планка уже поднята высоко, будут от нас другие ожидания. Это и сказалось на втором этапе в финской Руке, когда я в первом старте не прошел во вторую попытку, а во втором еле попал в топ-30. Я несколько потерял свою посадку при наклоне на трамплине, мы за этим не уследили, потом пришлось ее искать. Ситуацию удалось стабилизировать к домашнему этапу в Нижнем Тагиле — я там занял 8-е и 11-е места, и дальше все пошло уже легче. Думаю, в нынешнем году такого уже не будет.

— Нижний Тагил в декабре уже в пятый раз примет российский этап Кубка мира. Для вас это особенный старт?

— Выступать дома, конечно, немного сложнее. Но намного больше нравится, когда вокруг все свои. Что люди вокруг на одной с тобой волне и болеют за тебя, а не за соперников. Это приятно, мотивирует на высокие результаты. Но и иностранным спортсменам у нас все нравится. Главное — трамплин приготовлен отлично. Проживание и размещение тоже на уровне, а больше нам ничего на соревнованиях и не надо. Не слышал от ребят отрицательных отзывов об организации.