Обратная связь

«Могли с папой по полтора-два месяца жить в палатках». Юлия Ефимова — о самых важных точках на карте мира

Team Russia изучает чемпионский маршрут.

Грозный — Пятигорск — Волгодонск

Юлия Ефимова родилась в Грозном. Правда, родной город знает только по рассказам родителей. Отец Юли Андрей Михайлович, её первый и нынешний тренер, увез семью из Чечни, когда дочери едва исполнилось два года. Война ещё не началась, но регион уже стал небезопасным.

«Родители не любят вспоминать то время, — говорит Юля. — Много страшных историй осталось. Нас там обокрали. Старшего брата держали под прицелом. Всем угрожали, это было вооружённое ограбление. Я была совсем маленькая. Папа часто повторяет: “Хорошо, что тебя не тронули”. О вещах и каких-то ценностях тогда уже не думали — просто были благодарны, что остались живы».

Из вариантов для переезда были Пятигорск — туда перебрались родственники. И Волгодонск — там отцу предложили постоянную работу. Карьерные перспективы перевесили. Для Юлиного будущего это решение тоже стало определяющим.

«Папа работал в бассейне. Меня часто некуда было деть — ходила с ним на работу. Он тренировал детей, а я возилась где-то рядом, собирала по дну всякий инвентарь — плавать ещё толком не могла, но дыхание задерживала надолго. Потом папа показал, как надо держаться на воде, а когда мне исполнилось лет семь, специально под меня собрал спортивный класс.

Вообще Волгодонск всегда вспоминаю с особой теплотой. Это моё детство. Это лето на Дону. Там на левом берегу есть остров. Могли с папой по полтора-два месяца жить в палатках. Папа ловил раков, рыбу. Меня тоже научил. Ездили на базу отдыха, продавали улов и закупали консервы, какие-то другие продукты. Рассказываю об этом своим американским друзьям, они удивляются — никогда такого не видели. Но для меня это чуть ли не лучший отдых. И до сих пор каждый раз, когда приезжаю в Волгодонск, первым делом отправляюсь с друзьями на природу».

«Могли с папой по полтора-два месяца жить в палатках». Юлия Ефимова — о самых важных точках на карте мира. Изображение номер 1

Волгодонск — Таганрог

Когда Юля установила все возможные рекорды в городе и окрестностях, её отец понял, что нужно двигаться дальше, и решился перевезти дочь в Таганрог, где со своей группой спортсменов работала Ирина Вятчанина. У неё в то время было больше возможностей.

«Мне было лет 13-14, когда начались серьёзные тренировки и бешеные объёмы. Могли проплыть за тренировку больше 10 км. Тогда я их возненавидела. Как раз в этот момент переехала от родителей в Таганрог. Было страшно и тяжело. Но я старалась об этом просто не думать и постепенно привыкла к тому, что теперь сама за себя отвечаю.

Таганрог так и не стал моим городом до конца. К тому же, когда я только туда переехала, между Ростовом-на-Дону, Шахтами и Таганрогом постоянно пропадали девушки и дети. Пару раз даже я сама убегала от маньяка. Однажды — вообще днём. Шли с девчонками с тренировки и заметили не очень адекватного человека, который сначала гонял детей, а потом увидел нас, переключился и, скажем так, завёлся. Нам тогда было лет по 15. Мы ускорились, он за нами, оборачиваемся, он уже совсем близко. Мы побежали, он за нами, причём не отставал, несмотря на то, что мы спортсменки. Нам тогда очень повезло — успели запрыгнуть в троллейбус, и водитель прямо перед нами закрыл двери. Он ещё пытался ломиться, но водитель не открыл. Мы жаловались тренеру, но — бесполезно. Посоветовали в следующий раз отмахиваться рюкзаком».

«Могли с папой по полтора-два месяца жить в палатках». Юлия Ефимова — о самых важных точках на карте мира. Изображение номер 2

Таганрог — Лос-Анджелес

В 16 Ефимова всерьёз задумывалась о том, чтобы завершить спортивную карьеру — отношения с тренером не складывались. Остановила только приближающаяся Олимпиада.

«Мы часто конфликтовали — двум женщинам сложно ужиться. Ирина Германовна очень эмоциональная. Была целая череда запретов, огромные нагрузки на тренировках. Нельзя пить кофе, нельзя пробовать колу, нельзя подходить к «Макдоналдсу». Вообще ничего нельзя. Мы редко выезжали на сборы. А когда выезжали, практически ни с кем не общались, потому что Ирина Германовна запрещала. Всё свободное время я проводила в комнате. Доходило до абсурда. Помню, меня даже из-за блеска для губ ругали. Я долго терпела. Мне всё время говорили: “Ты маленькая, ничего не понимаешь, подрастёшь — будем на равных общаться”. Но когда мне исполнилось 18 лет, ничего не изменилось. Поняла, что не готова так дольше тренироваться. Не было ни сил, ни эмоций. Решила: либо что-то меняю, либо совсем бросаю».

В начале марта 2011 года вместо командного сбора в Армении Ефимова неожиданно для многих улетела в Америку, в плавательный клуб популярного тренера Дэвида Сало, где готовились её главные (на тот момент) соперницы — американки Джессика Харди и Ребекка Сони.

«Там вообще всё другое. Во-первых, тренер не кричит, не заставляет — тебе же надо! Во-вторых, там другие задания. В России всё заранее расписано: 20 по 50, 20 по 100 и т. д. Неделя за неделей. Тоска. А в Америке чего мы только не делали! И в джакузи тренировались, и вёдра таскали, и эстафеты с отжиманиями устраивали, и на пляже занятия проводили. Каждая тренировка — это что-то новое. Не представляю, откуда у тренера столько фантазии. И с шариками, и с теннисными мячами, и с фитболами упражнения — всё в ход идёт. А когда тебе интересно, не замечаешь, как время летит. Я никогда на тренировках не плавала так быстро, как там. Ещё большой плюс, что там всегда есть спарринг. В команде 70 человек, очень сильные пловцы со всего мира. На тренировках по восемь человек на дорожке. По силам выбираешь себе спарринг и плывёшь, обгоняешь кого-то — в следующую восьмёрку продвигаешься. Я поначалу не успевала, но через пару недель влилась, и всё стало отлично».

«Могли с папой по полтора-два месяца жить в палатках». Юлия Ефимова — о самых важных точках на карте мира. Изображение номер 3

Лос-Анджелес — Москва — Лос-Анджелес

В 2016 всем американским специалистам, которые так или иначе связаны с национальными командами, запретили работать с Ефимовой. Из олимпийского Рио она полетела в Лос-Анджелес, чтобы собрать вещи.

«Было грустно. Я освоилась в Лос-Анджелесе. Выучила язык. Лучшая подруга только ради меня туда перебралась и даже поступила в университет.

Америка для меня — это солнце, пляжи, пальмы. С детства мечтала заниматься сёрфингом. Но никогда не думала, что буду реально жить в Лос-Анджелесе. Когда всё осуществилось, конечно, сначала я вообще была в эйфории. Мне все люди нравились: такие классные, такие весёлые. Потом, когда некоторое время пожила с ними, поняла, что часто это наиграно. Но и среди американцев у меня появились настоящие друзья, душевные, добрые.

В Америке я научилась верить в себя. Улыбаться и не стесняться своей улыбки. Я и до переезда в Штаты могла себе это позволить, но мне постоянно говорили: “Смех без причины — признак дурачины”. Никогда этого не понимала. Это же так приятно, когда заходишь в магазин и тебя встречают с улыбкой, а не хмуро процеживают что-то сквозь зубы».

После возвращения Юли из Америки появилась первая в истории российского плавания профессиональная команда Efimova Team. В течение года она вместе с группой специалистов и другими спортсменами работала по собственному графику.

«Это давняя задумка. Мне всегда хотелось делиться опытом, хотелось, чтобы у папы была ещё одна тренерская площадка. Сначала думали о группе, но после Рио поняли, что нужна именно команда. Наша цель — золото Токио-2020. Чтобы успешно подготовиться к четвёртой подряд Олимпиаде, нужны особые условия. Мы старались проводить сборы в тёплых странах, чтобы всегда тренироваться в открытых бассейнах, жить в хороших условиях и привлекать к работе лучших специалистов. Несколько раз приезжал американский тренер по общефизической подготовке и физиотерапевт Майкл Гюнт. Последние полгода перед Рио он тоже мне помогал».

Сейчас команда изменит формат. Юля планирует активно подключать молодых спортсменов и сконцентрироваться на работе с ними. Но всё это после чемпионата России, на который она снова приехала из Лос-Анджелеса.

На вопрос, где теперь её дом Ефимова отвечает просто: «Я привязываюсь не к месту — привязываюсь к людям. Когда я только приехала в Лос-Анджелес, мне было здорово, классно, но некому было об этом рассказать, не с кем разделить эту радость. Всё были далеко. Случилось что-то хорошее — мне захотелось повернуться к подружке и рассказать ей об этом, а её нет. И тут же вспоминала Таганрог, когда мы жили вдвоём, были фактически изолированы от всего мира, но столько всего можно было обсудить. Дом там, где родные и друзья».

Использованы цитаты из материалов PROспорт и «Матч ТВ».