Обратная связь

«Главной целью было не упасть и чтобы не сняли судьи». Победа в Сиднее — глазами Ирины Приваловой

В сентябре нынешнего года исполняется 20 лет с момента одной из самых красивых побед в истории российского спорта. В 2000 году Ирина Привалова сенсационно выиграла золото Олимпийских игр в австралийском Сиднее в беге на 400 метров с барьерами - хотя почти всю карьеру провела в гладком спринте, став там быстрейшей европейской бегуньей. Специально для портала Team Russia Привалова вспомнила все обстоятельства этого удивительного перехода и того дня, когда стала олимпийской чемпионкой.

САМЫЙ БОЛЬШОЙ СТРАХ — НЕЧАЯННО ЗАСТУПИТЬ НА СОСЕДНЮЮ ДОРОЖКУ

— Бегать с барьерами на соревнованиях я начала только в мае 2000-го, — говорит Привалова. — В принципе, мы с тренером часто включали барьерные упражнения и в обычные спринтерские тренировки, поэтому определенный навык у меня был. Переживала не сильно: ну, не получится, так вернусь обратно в спринт. Я спокойно могла бежать и 100, и 200 метров. Даже летом на чемпионате России еще не определилась, какую все-таки дистанцию выбрать. И только когда там показала хороший результат в барьерах, поняла: да, все-таки они!

Мне всегда нравилась эта дистанция. Как ни странно, она давалась мне даже легче, чем гладкие 400 метров. В момент прыжка через барьер появляется микропауза, когда можно передохнуть. Нравилось, что там есть четкие задачи по количеству шагов, есть возможность для творчества. Например, я начинала с 15 шагов между барьерами, но мне стало тесно, и мы с Володей (супруг и тренер Приваловой Владимир Паращук — Прим. Team Russia) перешли на 14. Первые пять барьеров я бежала в таком темпе, потом прибавляла один шаг, а на финишной прямой уже бежала через 16 шагов. Это позволяло поддерживать скорость за счет увеличения темпа.

Победный финиш Ирины Приваловой на 400-метровке с барьерами на Играх-2000. Фото Getty Images

Победный финиш Ирины Приваловой на 400-метровке с барьерами на Играх-2000. Фото Getty Images

Интересно, что на Олимпиаде я даже в предварительных забегах бежала именно по такой схеме. В отличие от соперниц, не могла себе позволить сбрасывать обороты, чтобы попасть в следующий круг малой кровью. Мне нужно было нарабатывать мою схему до автоматизма. Самый большой страх был: на вираже нечаянно заступить на соседнюю дорожку. Мы же, спринтеры, наоборот привыкли держаться вплотную к линии, чтобы сэкономить лишние сантиметры. А барьеристов, если занесешь ногу на соседнюю дорожку и помешаешь сопернику, снимают. Поэтому я даже в ущерб результату шарахалась от линии, как от огня.

НЕ ПОШЛА НА ЦЕРЕМОНИЮ ОТКРЫТИЯ ИГР ИЗ-ЗА ТЕСНЫХ ТУФЕЛЬ

Мы приехали в олимпийскую деревню Сиднея за три недели до старта. По опыту знали, что быстрее полную акклиматизацию не пройти. Пока привыкли к деревне, разобрались, как куда доехать…. В свободные дни ходили в зоопарк, гигантский аквариум, гуляли по городу. А вот на открытие Олимпиады не пошла.

Дело в том, что в Москве мне выдали туфли на размер меньше, и я их даже не стала брать в Сидней. Можно было бы, наверное, уже на месте подобрать к нашему парадному костюму что-то подходящее, но я не стала. Открытие — очень утомительная церемония, по факту это часа три ожидания ради нескольких минут прохода по стадиону. Для ребят, которые приехали просто поучаствовать в Играх, без особых амбиций, это классный опыт. А мне же лучше было сэкономить силы и посмотреть все по телевизору.

Начались Игры. Я смотрела соревнования по гимнастике, плаванию, только легкую атлетику старалась не включать. На тех Играх у нас вообще был удивительный командный дух. Прямо чувствовалось, как все ребята поддерживали друг друга. Например, в забеге мне досталась третья дорожка, то есть довольно близко к бровке. На третьей сотне метров мне кричал из своего сектора Сережа Клюгин (будущий олимпийский чемпион в прыжках в высоту — Team Russia). А у него, между прочим, уже шел финал!

Ирина Привалова (в центре) на верхней ступени пьедестала Олимпийских игр в Сиднее. Фото Getty Images

Ирина Привалова (в центре) на верхней ступени пьедестала Олимпийских игр в Сиднее. Фото Getty Images

В полуфинале мне досталась чемпионка мира Нужа Бидуан из Марокко. Когда вышли на финишную прямую, я поняла, что спокойно могу у нее выиграть. И тут мысли: а может, не надо? Зачем тратить лишние силы, ведь для выхода в финал достаточно быть в топ-3? Но я настолько все контролировала, что победила с минимальным запасом. Хотела, чтобы в финале мне досталась удобная дорожка. Так и вышло: четвертая, которая считается одной из самых лучших.

ЗАГАДАЛА: ЕСЛИ ВЫИГРАЕТ ГЕБРЕСЕЛАССИЕ, ТО И У МЕНЯ ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО

Перед финалом у нас был день отдыха. Решили с Володей, что на стадион не поедем и утром сделаем разминку прямо в олимпийской деревне. Рядом оказался Хайле Гебреселассие — легендарный эфиопский бегун, которому вечером предстоял финал на 10000 метров. Мы с Хайле были в дружеских отношениях, так что трусили рядом, болтали. Он сильно хромал, жаловался, что болит ахилл. Глядя на него, еле бегущего с моей скоростью, я с трудом понимала, как вечером он собирается выходить на «десятку».

Его финал я смотрела с массажной кушетки. Загадала себе: если он выиграет — то и у меня все будет хорошо. И когда Хайле победил, я поняла, что должна тоже завтра сделать все возможное. Если человек смог с больной ногой такое сотворить — то неужели я не смогу?

Следующий день у нас был с Володей расписан по минутам. Около 10 утра — легкий завтрак: овсяная каша, немного омлета, чашечка кофе. Потом погуляли по деревне, купили сувениры. Вернулись домой, попыталась почитать книжку — «Заводной апельсин» Энтони Берджесса, но совсем не пошло. Потом обед — макароны без соуса, фрукты, снова чашечка кофе. Предстоящий финал мы вообще не обсуждали. По тактике все было понятно без слов.

После обеда и небольшой прогулки стала собираться на стадион. По три раза проверила сумку: нагрудные номера, шиповки, все необходимое для разминки… По дороге к автобусной обстановке встретили боксеров. Мы были хорошо знакомы, так как часто пересекались на сборах в Кисловодске. Саша Лебзяк говорит: «Я завтра приду за твою медаль держаться, на удачу!» И кстати, сдержал слово: подержался, а потом тоже выиграл золото.

Уже на стадионе все происходило словно на автомате. На мою стандартную разминку ушел час. Запомнилось, что передо мной разминались ребята к финалу 110 метров с барьерами. И фаворит — Колин Джексон — преодолевал барьеры просто с невероятной скоростью. Я такого в жизни не видела. А Володя сказал: «Посмотри на него. Он до финала не доживет, все силы на разминке оставит». Так, кстати, и вышло: несмотря на все титулы и лучший результат, в финале Джексон остался вообще без медали.

Я же была почти спокойна. О медали, тем более о победе, даже не думала. Моя цель была проще: добежать до конца, чтобы не сняли и не упала, и показать свой результат. Психологически ничего на меня не давило.

Стартовали, первые барьеры прошла легко, свободно. На выходе на третью сотню, примерно после шестого барьера, стала увеличивать темп. И когда до финиша оставалось сто метров, почувствовала: у меня еще силы есть, ноги не тяжелые, темп контролирую. После десятого барьера, когда оставались метров 40, заметила боковым зрением: ко мне никто не приближается. И тут я поняла, что точно буду первой. Что я почувствовала? Да ничего особенного, по ходу бега все эти мысли мелькают за мгновение.

Ирина Привалова празднует победу в финальном забеге на 400 метров с барьерами в олимпийском Сиднее. Фото Getty Images

Ирина Привалова празднует победу в финальном забеге на 400 метров с барьерами в олимпийском Сиднее. Фото Getty Images

Потом у меня ушло больше часа, чтобы добраться до своей одежды. Столько было поздравлений, интервью, журналистов… В олимпийскую деревню попала ближе к двум часам ночи. Проходя через КПП, показала охранникам медаль.

А потом, проходя мимо штаба нашей делегации, увидела, что горит свет. Вышел Виталий Георгиевич Смирнов, глава Олимпийского комитета. Очень тепло пообщались, обнялись. Когда наконец добралась до номера, села на кровать и подумала: «Вроде бы надо радоваться, а не могу». Да и неудобно было: в нашем доме жили ребята, которые рассчитывали на медаль, а заняли в итоге четвертое место. На их фоне ликовать было как-то неудобно.

И только на следующий день, в «Русском доме», стала приходить радость. А вечером я впервые за всю Олимпиаду села на трибуну и стала болеть за наших. Но окончательно меня отпустило, наверное, только уже дома, в Москве. Только тогда окончательно поняла: я — олимпийская чемпионка!

Перейти к верхней панели