Обратная связь

«ПОБЕДУ ПРАЗДНОВАЛИ ДО ЧЕТЫРЕХ УТРА». Вячеслав КОЛОСКОВ — О ТОМ, КАК РОССИЯ ПОЛУЧИЛА ЧМ-2018

Девять лет назад, 2 декабря 2010 года, в Цюрихе было оглашено название страны-хозяйки чемпионата мира по футболу 2018 года. Право на проведение престижного турнира получила Россия. И впоследствии она полностью оправдала доверие: Совет ФИФА признал ЧМ в нашей стране лучшим в истории.

Как рассказывал вскоре после победы пятилетней давности Алексей Сорокин, в то время генеральный директор нашего заявочного комитета, после оглашения результатов голосования он испытал «восторг, смешанный с облегчением».

– Перед открытием конверта нервное напряжение достигло предела. Мы уже знали, что кто-то победил, причем убедительно – во втором раунде. Об этом нам сказал Мутко. Но Виталий Леонтьевич не знал, кто именно. Победителя не знал никто – по-моему, даже Блаттер. Всем было известно только то, что Англия вылетела в первом раунде, поскольку во втором члены исполкома голосовали уже без нее.

Между тем изначально Англия выглядела явным фаворитом. Когда весной 2009 года ФИФА зарегистрировала заявки, известная британская букмекерская компания William Hill составила рейтинг кандидатов. Ставки на победу англичан принимались с коэффициентом 2,37. Второе место с показателем 5,0 поделили Австралия (на тот момент был общий список желающих принять ЧМ-2018 и ЧМ-2022) и совместная заявка Испании с Португалией. Россия оказалась четвертой (7,0).

Кандидатура Англии, однако, потерпела полное фиаско, получив в первом туре только 2 голоса. У России было 9 голосов, совместной заявки Испании и Португалия – 7, Голландии с Бельгией – 4.

Во втором туре наши конкуренты с Пиренейского полуострова остались на прежних позициях, Россия же получила 13 голосов из 22, то есть более 50 процентов. Это была победа!

Первый вице-премьер Игорь Шувалов и генеральный директор заявочного комитета «Россия-2018» Алексей Сорокин после объявления результатов. Фото: Getty Images.

Надо понимать, что такого рода выборы находятся на стыке спорта с политикой и дипломатией. В ходе предвыборной борьбы могут делаться обещания и формироваться коалиции. Специальные посланники колесят по свету, агитируют за свою кандидатуру и даже преподносят подарки, которые, впрочем, не должны быть очень дорогостоящими.

Одним из козырей России стал опытнейший футбольный дипломат Вячеслав Иванович Колосков, почетный член ФИФА и УЕФА. Вот что он рассказал, отвечая на вопросы портала Team Russia.

В СОСТАВ ЗАЯВОЧНОГО КОМИТЕТА МЕНЯ ПРИГЛАСИЛ МУТКО

— Вы сыграли большую теневую роль в получении чемпионата мира…

— На самом деле, не теневую, а абсолютно открытую и присущую мне. Я был членом заявочного комитета, а не просто где-то с боку припека. Виталий Леонтьевич Мутко приехал ко мне и пригласил в состав этого органа, разъяснил задачу. Она заключалась в том, чтобы встретиться с каждым из членов исполкома ФИФА, которым предстояло определить страну-хозяйку чемпионата мира.

Никто другой этого сделать не смог бы, потому что исполком – достаточно закрытая организация, в которую чужаков не подпускают. Я согласился. И потому что было интересно, и потому что у меня была давнишняя мечта – провести крупнейший футбольный турнир в нашей стране.

У нас был замечательный коллектив. Возглавлял заявочный комитет Игорь Иванович Шувалов (в то время Первый заместитель Председателя Правительства РФ – Прим. Team Russia). Мутко был его заместителем, Алексей Сорокин – генеральным директором. Вместе с Сорокиным и Александром Черновым, который раньше работал в РФС, мы и поехали по миру. В итоге со всеми встретились.

Чернов был с нами во время поездок в страны Южной Америки. Один раз – во время визита в Эмираты — подключился Сергей Фурсенко. Я же не летал только в Африку – там побывали Сорокин с помощником, но, так или иначе, встретился с африканскими футбольными руководителями во время чемпионата мира 2010 года в ЮАР.

Была проведена колоссальная работа. Причем, она сопровождалась определенным риском. В Южной Америке, где посетили сразу Аргентину, Бразилию и Парагвай, летали на полуразвалившихся самолетах. Сорокин в Африке заболел малярией и потом долго лечился. Но мы это сделали!

Российская делегация после оглашения результатов выборов страны-хозяйки ЧМ-2018. Фото: fifa.com

Шикарной получилась презентация российской заявки непосредственно на южноафриканском чемпионате мира. Был устроен настоящий праздник с российскими флагами, фильмом. Президент Федерации футбола Мексики Хустино Компеан, с которым мы дружили, предоставил нам в помощь ансамбль марьячос, и тот без устали играл в течение четырех часов. Присутствовали все члены исполкома и президент ФИФА Зепп Блаттер.

Свою роль сыграли и встречи некоторых членов исполкома с Президентом Путиным. Они просили о них, и Виталий Леонтьевич договаривался.

— Скольких же из них принял Президент?

— Знаю, что, минимум, трех. Но, может быть, что-то прошло мимо меня.

ЗА РОССИЮ ПРОГОЛОСОВАЛ ДАЖЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ АНГЛИИ

— Так ли уж необходимо вам было встречаться с южноамериканцами, которые заведомо голосовали за заявку Испании и Португалии?

— А вдруг пришлось бы соперничать в завершающей фазе с Англией. Аргентинец Хулио Грондона прямо мне сказал: «Слава, если Испания с Португалией вылетят, мы все поддержим вас». То же самое мы услышали в Парагвае.

Более того, я дважды встречался с англичанином Джеффом Томпсоном. У нас с ним были поистине чудесные отношения. Можно сказать, даже дружба. Знаком и с его женой. Мы месяц провели в Китае, когда там проходили Олимпийские игры. Я был руководителем олимпийского футбольного турнира, а он моим заместителем. После того, как Англия вылетела, думаю, Томпсон поддержал нас.

— Несложный анализ говорит, что Томпсон, должно быть, в самом деле, проголосовал за Россию. Ведь испанско-португальская заявка в обоих турах получила по 7 голосов, в то время как российская нарастила во втором туре свой показатель с 9 голосов до 13. Выходит, нам отошли два голоса, поданные за Англию, и столько же – от заявки Бельгии и Голландии. Следовательно, Россию, несмотря на политические противоречия, поддержали западноевропейцы.

— Конечно. Плюс японец Джунджи Огура, который долго сопротивлялся. Он изначально был за Англию. Это его голос был вторым в первом туре за ее заявку наряду с голосом Томпсона.

— Помнится, мы разговаривали с вами в преддверии выборов, и вы предсказали, что в первом туре три заявки – российская, испанско-португальская и английская наберут примерно равное количество голосов – где-то по семь. Англия, однако, провалилась. Это стало для вас неожиданностью?

— Полнейшей! И не только для нас. Для самих англичан. Мы сидели рядом с Никитой Павловичем Симоняном, а через проход располагались принц Уильям, президент Футбольной ассоциации Англии, а также Дэвид Бэкхэм и Бобби Чарлтон. Когда они узнали, что Англия вылетела, получив всего два голоса, на них всех лица не было.

— Этот провал — результат провокаций со стороны британской прессы, которые, мягко говоря, не понравились членам исполкома ФИФА?

— Есть несколько факторов. Англичане вели себя очень высокомерно. Ни с кем не разговаривали, никого не пытались убедить, словно им автоматически должны были отдать победу. Ну и британская пресса подогревала страсти. Англичане сами себя закопали.

Владимир Путин на пресс-конференции после избрания России страной-хозяйкой ЧМ-2018. Фото: Getty Images.

ПУТИН СКАЗАЛ: «ЭТО МЫ ДОЛЖНЫ ВАС БЛАГОДАРИТЬ»

— Вы еще в советские времена боролись за чемпионат мира 1990 года. Когда Россия получила турнир 2018 года, к вам пришло осознание: «Вот и все! Мечта сбылась»?

— Безусловно. В первый момент наступило опустошение. А потом объявили, что прилетит Президент. Виталий Леонтьевич поручил мне «накрыть поляну» для членов исполкома в нашем отеле. Пришли, правда, далеко не все. Зато многие старались попасть на пресс-конференцию Путина.

Потом была встреча Путина с Блаттером с глазу на глаз. Когда Президент приветствовал нашу делегацию, мне довелось пожать ему руку и поблагодарить за большую поддержку. В ответ на это он мне сказал: «Это мы вас должны поблагодарить». Было приятно.

Потом Блаттер, его швейцарские друзья, я, Сорокин и Чернов удалились в отдельную комнату в ресторане и часов до четырех утра отмечали победу.

— Когда пошли нападки на право России принять у себя чемпионат мира, официальные лица в нашей стране высказывались в духе «враг не пройдет». Но не было ли у вас все-таки сомнений?

— Их не бывает только у определенной категории людей. Но, с одной стороны, в заявочный комитет поступала информация, с другой, я сам поддерживал контакты, и вера в то, что мы победим, становилась все крепче.