Обратная связь

Эмоции про запас

Первая за двадцать лет Олимпиада без игроков НХЛ, первая тренировка нашей мужской сборной после прибытия в Пхёнчхан, первое знакомство с женским хоккеем. Первые сутки на Играх наши хоккеисты провели весьма насыщенно и нетривиально.
Странно было подходить к площадке, зная, что ни одного энхаэловца не увидишь. Бывших — да, но действующих — нет. Впервые за 20 лет хоккейный турнир Олимпиады пройдёт без ярчайших мировых звёзд. Как бы в насмешку над этим, тестируя экранную графику, телевизионщики выбрали титр «Гол. Никлас Бэкстрем». Ха-ха.
Эмоции про запас. Изображение номер 1
Он сейчас не здесь, и быть не может, как и все прочие игроки НХЛ. Окажись они в составе нашей сборной, первая официальная тренировка вызвала бы у зарубежных журналистов больший ажиотаж. Но и на Дацюка с Ковальчуком, а также на остальных игроков пришли посмотреть иностранцы. Разумеется, были и словаки. Первый матч — именно с ними.

Ну а наших репортёров было множество. Нам-то что? Ну нет Овечкина да Малкина, Кучерова да Кузнецова. Болеть-то за команду всё равно будут миллионы людей. И когда к крохотной микст-зоне, огороженной рядом с тренировочной площадкой, подошёл Харийс Витолиньш, на меня, стоявшего в первом ряду, навалилось сразу несколько коллег. Вот ведь не думал, что тоже поучаствую в тренировке, причём силовой. В отличие от хоккеистов, которых как раз не нагружали.

— Задача была разбегаться, продышаться. Вчера практически весь день в дороге, пока заселились, то, сё… Но тренировка прошла довольно интенсивно.

— Почему первым вратарём выбран Василий Кошечкин? — разумеется, в первую очередь всех интересовали подробности состава.

— Знаете, главное — быть уверенным. Если сейчас решили, что на нём остановились, то Василий должен почувствовать, что в него верят. Тогда игра по-другому пойдёт, — вопрос был простым, а вот следующий потребовал от Витолиньша определённой изворотливости.

— Сейчас все ломают голову, какая роль у Мозякина? — и действительно, пересуды о составе велись главным образом вокруг Сергея. Непонятно было, какова его роль. Вроде бы не тот нападающий, которого стоит держать про запас.

— Мы знаем его качества. Знаем, что он хорош в большинстве. Идея есть выставлять его в большинстве, но главное, нужно держать его в тонусе, в игре, — Витолиньш столько раз отвечал на подобные вопросы, что превратился в опытного оратора. Спокойно и кратко он описал непростую ситуацию. — Где-то будем его выставлять. На первую игру будем выходить 7–13 (защитники и нападающие. — Прим. ред.), будем стараться ротировать игроков. Может, игровое время Мозякина будет не из привычных 20 минут, а, скажем, из 12. Но в тонусе он будет, и в нужный момент на его бросок, на его правильное решение будем полагаться.

— Как он сам это воспринимает?

— Я думаю, все ребята воспринимают правильно. Мы же приехали не на какой-то там турнир. Все приехали на Олимпиаду, и никто не знает, что с ним будет через четыре года. Все это понимают. Каждый хочет показать себя с лучшей стороны.

Эмоции про запас. Изображение номер 2
Что ж, Витолиньш ловко ушёл от прямого ответа. Так же складно он провёл теоретическую часть тренировки. Пока он давал задание хоккеистам, Олег Знарок стоял в сторонке. Он вообще не принимал непосредственного участия в занятии. Немножко покатался, чуть-чуть пообщался. Ну а на прессу вовсе не обратил внимания. Игроки тоже не очень хотели разговаривать. Сергей Широков весьма внятно объяснил почему.

— Команда некоторое время находилась под плановой нагрузкой, сейчас плановый выход в лучшую форму. По первой тренировке как вы оцениваете физическое состояние?

— Об этом лучше тренеров спросить. Старались выполнять все требования на максимальных скоростях. Готовимся планово.

— Но вы же профессионал, анализируете собственное самочувствие. Каково оно сейчас?

— Всё отлично, — Сергей был весьма скуп на слова. С чего бы вдруг? Они только прилетели, ни журналисты, ни соперники просто не могли успеть испортить настроение. Пришлось уточнить.

— А моральное состояние? Есть ли эдакий олимпийский подъём, порыв?

— Ничего этого нет, потому что главное впереди, нужно экономить эмоции, экономить внутренние психологические силы. Так что, когда выйдем на лёд, на первую официальную игру, наверное, что-то появится. А сейчас пока всё штатно, всё спокойно.

— Экономить эмоции — ваше собственное решение? — вдруг, думаю, это такая установка тренеров.

— Конечно, собственное — ничего удивительного, Широков — личность зрелая и самодостаточная. — Я думаю, это правильно, потому что впереди непростые матчи. И в физическом, и в эмоциональном плане. За нас все болеют, надо сейчас успокоиться и подготовиться к игре.

— Может, и в соцсети не ходить? На всякий случай, чтобы эмоции не тратить?

— Может, и не ходить, — Сергей среагировал моментально. — Может, и не читать, что вы пишете. Каждый готовится по-своему. Каждый знает, как ему лучше готовиться.

Эмоции про запас. Изображение номер 3
Тренеры тоже знают. И про души игроков, и про тела.

— Физическую форму игроки набирают в должном темпе?

— Я думаю, да. Сейчас мы отходим потихоньку, потому что довольно большую работу провели. Ещё чувствуется некоторая тяжесть, но нужно пару игр провести, — Витолиньш чуть засомневался — Может, даже в первую игру надо будет втянуться, и дальше по нарастающей пойдёт.

Что же до настроя, то в качестве развлечения всей командой мужчины сходили накануне на женский хоккей. Наши проиграли канадкам 0:5, что неудивительно. Другое удивило столь взыскательную публику, и удивило приятно. Витолиньш даже заулыбался.

— Я вчера вообще впервые был на женском хоккее. Немного другая игра, но довольно интенсивная. И понравилось, что они очень хорошо играют клюшками, — это потому что меньше силового соперничества. — И наши девушки весьма хорошо играли. Конечно, мастерства и скорости не хватало, но игра клюшкой в порядке. И столько моментов! — чувствовалось, что как у тренера у него нет претензий к самоотверженности женской команды. — До последних секунд где-то выбивали, где-то блокировали. Очень хорошая игра была. С точки зрения тренеров, они внизу клюшкой в отборе играют лучше, чем мужчины, — интересно, сказал ли он об этом игрокам?

— Получилось серьёзно воспринимать женский хоккей? Или как некую комедию смотрели?

— Нет, почему, была насыщенна,я хорошая игра, — Витолиньш, кажется, даже обиделся за хоккеисток. — И толкались, и защищались, и силовые приёмы были, и под шайбу бросались. Надо отдать нашим должное, несмотря на счёт, я считаю, достойно сыграли.

Теперь достойной игры надо ждать от мужчин. Но желательно с другим счётом.