Обратная связь

СЕМИН НЕ ПРОЩАЕТ ОБМАН, ТРЕФИЛОВ НЕ ПРИЗНАЕТ ГРАЖДАНСКИЙ БРАК

Правила жизни известных российских тренеров.
Team Russia поговорил с ведущими тренерами в своих видах спорта о том, что они не могут простить своим подопечным, на что готовы пойти ради результата и что стоит ценить в жизни больше всего. Нашими собеседниками стали заслуженный тренер России по художественной гимнастике Амина Зарипова, бывший главный тренер сборной России по плаванию Сергей Колмогоров, заслуженный тренер СССР и России по фигурному катанию Тамара Москвина, главный тренер «Локомотива» Юрий Семин и наставник женской сборной по гандболу Евгений Трефилов.

 Что Вы не готовы простить людям в обычной жизни и что – вашим подопечным?

 Зарипова: Как и многие, предательство. Ты можешь простить, но не забыть, все равно к человеку станешь относиться аккуратнее. С учениками все чуть по-другому – это же дети и они склонны совершать ошибки. Если ты их не простишь, то кто это сделает? У меня была такая история, но я простила и мы теперь прекрасно работаем, человек мне помогает. А если бы я надулась и отвернулась, что бы было? На детей можно пообижаться, а потом возвращаешь свою голову на место, ведь ты же мудрее, чем ребенок на определенном этапе.

 Коломогоров: В обычной жизни ложь, а подопечным предательство. Но в некоторых случаях можно дать людям шанс исправиться, ведь по действиям человека легко понять его намерения.

 Москвина: Для меня не существует того, что я не могу простить. Просто впоследствии стараюсь держаться подальше от людей, которые поступили непорядочно.

Семин: В обоих случаях- обман, который в жизни другого человека может сыграть негативную роль. Игрокам же не готов простить ситуации, когда для них личные интересы становятся важнее командных. Могу ли я поменять свое мнение? Да, но точно не в случае обмана. Если человек обманул один раз, то обязательно обманет и еще раз.

Трефилов: Предательство в обоих случаях. Подопечным – ложь и лицемерие. Уходы учеников от меня к другим тренерам прощаю со временем. Правда, если помните из анекдота, ложечки нашлись, а осадок остается. Но я только с виду злой, а так все равно прощаю.

Амина Зарипова и Дарья Трубникова. Фото: Андрей Голованов.

Готовы ли вы как тренер и чисто по-человечески признавать свои ошибки?

Зарипова: Конечно, да, считаю, что человек должен и обязан до конца своих дней учиться и прислушиваться к разным точкам зрения. Могу в конкретный момент не признаться, что не права, но потом если мое окружение и друзья подскажут, повернут меня в другую сторону, изменю свою позицию и извинюсь.

Колмогоров: Готов сделать это в любой форме. Если ты виноват, то надо признаваться, не вижу в этом ничего криминального для мужчины.

Москвина: Постоянно размышляю: в чем же моя ошибка, почему я не смогла найти путь для получения от ученика необходимого результата? Продолжаю искать, и если не получается, то говорю себе: не смогла. В начале моей работы моим наставником был Игорь Борисович Москвин, который дал совет, чего не нужно делать. Я тогда подумала про себя: «Мне виднее». Через десять лет я постучала себе по голове и сказала: «Какая ты дура, тебе еще десять лет назад все объяснили!»

Семин: Готов и позже объясняю свое ошибочное решение, но чаще всего только внутри команды или конкретному игроку.

Трефилов: 50 на 50. Как тренер готов признать, но только если мне это докажут. В тренерской работе ведь бывает так, что приходит молодой специалист и начинает предрекать будущее игрокам. Таких я считаю болтунами, потому что человек развивается всю жизнь. Но как мужчина я больше человек старых традиций. Иногда издеваюсь над девчонками, говорю: «Вы знаете, как раньше назывался гражданский брак?» А они меня называют древним человеком. Но раньше было ровнее, проще и справедливее. Тем более я родился на хуторе, где все друг друга знали, могли поправить, но было уважение к старшим. Так что в жизни я не особо толерантен.

Евгений Трефилов и Елизавета Малашенко на ЧЕ-2018. Фото: Getty Images.

Чем можно пожертвовать ради достижения результата?

Зарипова: Свободой и личным временем. К примеру, когда я готовилась к Олимпиаде, мы сразу же обсудили с семьей, что общением придется пожертвовать, ведь предстояла серьезная подготовка и длительные сборы.

Колмогоров: Временем, ведь оно уходит очень быстро и на многие вещи его не хватает, упускаешь какие-то возможности. Но в своей жизни я никогда ничем не жертвовал.

Москвина: Временем, интересами, принципами в определенных рамках. Но я никогда не считала, что прямо жертвую чем-то. Мне было всегда интересно работать, это ведь для меня хобби и увлечение. К примеру, когда я была фигуристкой, был выбор: пойти вечером на танцы или на тренировку. Я выбирала последнее без чувства потери. Никогда не говорила подопечным, что из-за них чем-то жертвую и не еду в отпуск. Хотя иногда могу подумать: все ездили на Бали и Таиланд, а я нет и, наверное, уже не поеду. Но ничего страшного, что же теперь делать? Правда даже мысли нет всех оставить после чемпионата страны и уехать на тот же Бали.

Семин: Временем и пребыванием в постоянном напряжении.

Трефилов: Жалею о поступках, когда проявлял себя как русский скупердяй. А потом встречался с человеком и не мог смотреть ему в глаза. Потихоньку лучшие качества русского человека вышибаются. В ходе всей истории нашей страны от революций и войн до брежневского времени постепенно исчезали люди, которые высказывали свое мнение. Меня отчасти тоже так воспитали. Но я все равно стараюсь держать свое слово и отвечать за него.

 

Тамара Москвина со своими учениками Юко Кавагути и Александром Смирновым. Фото: Getty Images.

Что стоит ценить в жизни больше всего?

Зарипова: Жизнь, потому что она у нас одна единственная. Второе –друзей. Семьей я очень дорожу и она итак всегда с тобой. Но друзей у меня очень мало и таким словом я могу назвать очень немногих людей. Есть знакомые, приятели, коллеги, те, кто добавлен у нас в соцсетях. А дружба – это нечто большее. Можно не видеться с подругой несколько месяцев, но знать, что она с тобой всегда.

Колмогоров: Профессионализм без блефа и порядочность. На мой взгляд, этих двух качеств достаточно, чтобы добиться успеха в любом деле.

Москвина: Семью, человеческие отношения и моральные принципы.

Семин: Встречи с позитивными людьми, которые дарят другим радость и уверенность. Для меня это очень ценно.

Трефилов: Сам факт того, что ты живешь. Богом и родителям нам дано пребывание на этом свете, поэтому нужно прожить жизнь с пользой для себя и для общества.

 

Юрий Семин. Фото: Getty Images.

Если бы вы могли сделать так, чтобы в вашей жизни больше не было вызовов и препятствий, согласились бы?

Зарипова: Нет. Это не для меня, так неинтересно жить. Трата нервов и сил? Мы сами выбрали такую профессию, а как же шахтеры каждый раз спускаются глубоко вниз и добывают уголь и полезные ископаемые? У каждого своя профессия. Я занимаюсь спортом высших достижений, в какой-то момент перейду на тихую работу с детками. И то там не будет тишины, дети же живые, все время идет общение.

Колмогоров: Нет, тогда станет пресно и скучно. Такие периоды у меня бывали в карьере, но быстро заканчивались.

Москвина: Жизнь научила, что все никогда не будет идти гладко. Работа в профессии всегда состоит из плюсов и минусов. По жизни руководствуюсь принципом, что жизнь – это день и ночь или зебра. Нужно стремиться к тому, чтобы черных полос было как можно меньше или чтобы они серыми. А еще к самим черным стоит относиться как к серым. Возможно, звучит слишком оптимистично, но так гораздо приятнее жить.

Семин: Нет, мне это не понравилось бы. Я должен напрягать свой мозг и обязательно готовиться к какому-либо событию, требующему от меня напряжения. И чем оно важнее, тем сильнее я мобилизуюсь.

Трефилов: Такого не бывает. Боюсь, что будь такое возможно, я бы уже катался на колесиках, был раза в четыре толще и не мог бы ходить. Жизнь как зебра, да черная полоса может затянуться, но потом успех все равно приходит.