Обратная связь

Светлана Ромашина: «Снилось, что прыгнула в воду и барахталась по-собачьи»

Пятикратная олимпийская чемпионка и 21-кратная чемпионка мира была гостьей прямого эфира в официальном аккаунте ОКР в Instagram. Самые интересные фрагменты – в нашем материале.

О тренировках и закрытии базы

— Мы до последнего момента работали на базе «Озеро Круглое», пока ее не закрыли. Затем переместились в Новогорск, где в то время тренировались гимнастки. Переехали вместе с представителями спортивной гимнастики, на следующий день у всех взяли тест на коронавирус, и у одного из гимнастов он оказался положительным. После этого было принято решение спортсменов распустить. Из Новогорска все уехали, кроме спортсменок из художественной гимнастики, которые там были изначально и остаются сейчас. Распустили нас в никуда, поэтому в итоге объединялись по несколько человек и разъезжались кто куда мог. Я провела две недели вместе с Сашей Пацкевич и Владой Чигиревой.

О самоизоляции с подругами

— Это были две веселые недели. Мы и тренировались, и танцевали, и проводили прямые эфиры, играли в настольные игры. Поначалу было непривычно – мы хоть и проводим много времени вместе, на базе у каждой своя комната, после ужина мы разбегаемся. А тут бытовые проблемы: нужно друг другу готовить, друг за другом убирать. У нас было распределение: кто готовит, тот не моет посуду, третья в это время заваривает чай. Не зря есть такая поговорка: хочешь проверить девушку, возьми ее с собой на яхту – в бытовых условиях станет все понятно. Нас вся эта история очень сплотила. У нас в этом смысле было полное взаимопонимание, мне кажется, могли бы еще столько же вместе провести. Были минуты, когда мы поговорили по душам, обсудили что-то, что с командой не будешь обсуждать.

О самоизоляции дома

— Самое сложное — себя самоорганизовывать. Стараюсь жить по спортивному режиму: не спать до полудня, хотя ребенок и так не очень много дает поспать, делаю зарядку, занимаюсь, стараюсь правильно питаться.

О тренировках

— Тренировка длится от часа и до трех в зависимости от того, есть ли возможность выйти на улицу. Обязательно и физические упражнения, и растяжка. К счастью, мы за городом, дом изолирован и у меня есть возможность заниматься на свежем воздухе. Но бассейна все равно нет, а большая часть тренировок у нас была на воде. Поэтому водную нагрузку восполнить не удается, максимум – полчаса в ванной или в душе.

Для меня самое важное – растяжка. За этим нужно следить каждый день. После декрета, когда я два года не тренировалась, самым сложным было восстановить как раз шпагаты и гибкость спины. С физической подготовкой у меня никогда не было проблем: я достаточно быстро набираю мышечную массу и спортивную форму.

О переносе Токио-2020

— Я прошла уже все стадии отрицания, гнева и теперь наступило принятие. Все спортсмены заложники переноса Игр. Молодым проще подождать год, чем возрастным. Но не будем забывать, что предстоит еще суд в CAS (который будет рассматривать иск ВАДА к РУСАДА – прим. Team Russia). За пандемией все о нем немного забыли. Надеюсь, что мы все поедем в Токио под российским флагом, в полном составе.

О продолжении спортивной карьеры и семье

— Дочь, к счастью, пока еще ничего не понимает про перенос Игр на год. Как только она видит синхронное плавание – по телевизору или у меня в телефоне, то всегда говорит: мама плавает. И неважно, кто показывает программу (смеется). Муж сказал, что поддержит любой мой выбор: как продолжение, так и завершение карьеры. Он понимает, что мне безумно хочется попасть в Токио, понимает, что я об этом мечтала с Рио-2016. Уже тогда я знала, что именно на ОИ-2020 хочу поставить красивую финальную точку в своей карьере. Поэтому дома все обходят меня стороной, чтобы не создавать лишнего давления. Кого бы я ни спросила, все отвечают одно и то же: ничего не знаю, решай все сама. И это правильно, решение должно быть только мое. Пока вообще непонятно, что будет с соревнованиями, когда начнется тренировочный процесс, так что тему синхронного плавания дома стараются не поднимать.

О женском коллективе

— Впервые в нашем коллективе есть и мужчины: доктор и три массажиста. Они уже не просто наш медицинский персонал, а самые настоящие психологи. И это разбавляет тот самый женский коллектив, который порой бывает в непростых отношениях. Споры в основном возникают по тренировочным моментам. Кто-то кого-то задел или ударил, или кто-то указывает на ошибку, а другая из нас не верит, что эту ошибку допустила. В таких случая мы или сами все решаем между собой, или тренер говорит: все, рот закрыли, встали и дальше работаем.

О молодежи и дедовщине

— Когда приходит молодой спортсмен, у него вообще нет права голоса. Стоит вести себя тихо и не высовываться из-под лавки (смеется). Обычно слушаешься более опытных. Но дедовщищны у нас никакой нет – наоборот, старшие всегда помогают, какая бы ни была разница в возрасте. С Варварой Субботиной она у нас составляет 11 лет, она меня даже называет по имени-отчеству. Так получилось, что пока я была в декрете, помогала Татьяне Евгеньевне (Данченко – прим. Team Russia), поэтому она ко мне относилась как к тренеру.

О Татьяне Николаевне Покровской

— Ее можно описать одним словом – близнец. На тренировке и за ее пределами – это два абсолютно разных человека. Во время работы она нас держит в ежовых рукавицах и не дает спуску. Кто не был на нашей тренировке, даже не представляет, какой там курс молодого, да и взрослого бойца мы проходим. А вне работы – это очень милая женщина, с которой можно поговорить по душам.

О кошмарах синхронисток

— Почти у каждой синхронистки был такой сон, будто выходишь на старт и полностью забываешь программу. Начинает играть музыка, а ты не знаешь, что делать: группа рядом делает, а ты стоишь и не понимаешь ничего. Или еще у меня как-то был сон, что я прыгаю в воду и напрочь забыла, как в ней двигаться и барахталась по-собачьи.

Поделиться с друзьями

Комментарии

Видео

Перейти к верхней панели